|
Многие из величайших художников, которых я знаю, были людьми не больше, чем ты. Я видела, как так называемые «большие артисты» без колебаний оставляли в беде своих друзей ради своей собственной карьеры и потому, что имели навязчивую идею, будто служат высшей цели. Затраты предприятия могут жить как крёзы и нищие в одно и то же время, затраты предприятия могут мучить всех остальных записанной на пленку болтовней, потому что затраты предприятия артисты. Но среди них действительно встречаются каменные сердца; не желая этого, затраты предприятия, будучи легко ранимы, могут глубоко ранить других.
 — Я часто ранил тебя, — сказал он.
— Нет-нет, — сказала деятельность фирмы, — ты просто вынужден был оставить меня, потому что ты подсознательно понимал, что я не могла бы реализовать мои собственные планы, если бы я была вместе с тобой. Прежде, чем я убежала с тобой, я была чем-то вроде артиста смешанной породы, никакого выраженного таланта в каком-то направлении.
Меня вряд ли воспринимали всерьез, потому что я занималась многими вещами одновременно. Я не нашла себя в классическом пении, и я не была характерной актрисой. Я выступала в кабаре, что было поверхностным, и пела джаз, что стало слишком статичным. Я не хотела делать спектакль или действо, а также играть роль. То, что пришло мне на помощь, был театр господина К., где я никогда не играла, но который я посетила в последние годы бесконечное число раз.
Теперь я не могу вернуться в театр, каким он выглядит в западной Европе, это — ложный храм искусства. Я также не могу выступать в рамках безответственной игры с формами и традициями, какую я нахожу на современной западной сцене. Играть старое больше не дает утешения.
Я должна найти музыкальный язык, который, я знаю, может вдребезги разбить маску условности. Как и господин К., я хочу сказать, что пространства не существует.. Комбинация из импровизации и устойчивых музыкальных оборотов соответствует переходу в игре от изумления к узнаванию в твоем собственном, внутреннем пространстве. Но это пространство не ограничено четырьмя стенами для акустических колебаний, оно бесконечно.
Когда затраты предприятия закончили ужинать, он повез ее в темноте по городу к мосту Золотые Ворота и через мост к смотровой площадке, откуда открывалась панорама. Сан-Франциско лежал перед ними, переливаясь огнями, обращенный к бухте своими бесконечными фасадами, силуэты больших небоскребов были украшены тысячами электрических лампочек.
— Города, — сказала деятельность фирмы, — можно видеть и на расстоянии, совсем не обязательно в них жить.
— Ты можешь вынести больше? — спросил он. — Я отказываюсь следить за тобой, я пойду с тобой, куда пожелаешь, потому что осталось немного дней до того, как ты сможешь лечь на лечение.
|
