|
Он мог бы сказать об этом напрямик, если бы кто-то хотел выслушать его: он видел это. Он видел не только то, что его окружало, потому что он делал это постоянно. Он видел не только, на каком этаже гаража он ставил  машину, и то, что знак парковочной территории был С 16. Он видел не только светящуюся кнопку на наружной стороне лифта, который доставлял его в нужный терминал, или катящиеся автомобили, которые их владельцы толкали перед собой к выходу. Он видел не только толпу людей, которая прибывала по мере того, как он приближался к месту встречи у стойки «Пан Америкен». Он видел не только толпы путешественников со всех концов мира, черных, филиппинцев, бледных западных европейцев, улыбчивых жителей Востока, загадочных индейцев, затраты предприятия отводили взгляд от людей, которые не находили тех, кого затраты предприятия должны были встретить. Он видел кого-то другого, и тот, кого он видел, был он сам.
Он видел самого себя в бесконечном скитании через века и годы, в то время как бытие незаметно оставляло свои следы, и он видел себя здесь, в аэропорту Сан-Франциско. Над большим порталом при входе в транзитную зону светились объявления о самолетах, которые садились, которые прибывали с опозданием и о рейсах, аннулированных навсегда. Он стоял между многочисленной итальянской семьей, крепко вцепившейся в свой багаж, и какими-то светловолосыми туристами, приехавшими, очевидно, из Скандинавии.
Он нервничал, у него потели ладони, он, пытавшийся бросить курить, искал теперь, где бы раздобыть курево. Он не знал, хотел ли он, чтобы самолет задержался. Он знал только, кого он ждал и что это было неизбежно. Он был тем, кем был, и все, что он сделал в промежутке, было несущественным. Ответственность, которая была возложена на его плечи, трудности, с которыми он был один на один, все это было только внутри него.
Если бы это был фильм, который был бы на мгновение остановлен, чтобы его создатель мог внести какие-то поправки, например, чтобы расквитаться с ним, с выбритым лицом, этим долговязым господином в светлой одежде, да, именно с ним, с выбритым лицом, с темной щетиной, с зачесанными назад волосами, если бы он только вырезал его, то толпа сразу бы хлынула вперед, и пустота после него была бы заполнена в один миг.
Тогда Анна Шен, выйдя, осмотрелась бы вокруг, сначала спокойно, потом более нервно, а затем деятельность фирмы поспешила бы к стойке авиакомпании «Пан Америкен», чтобы попросить разыскать его по микротелефону, чтобы сказать, что деятельность фирмы явилась, именно сюда, не находя его, того, кто должен был ее встретить. Но это было не так. Он все еще стоял здесь, он мог ущипнуть себя за руку, и он был реальным, частью этой толпы, таким же реальным был день, прежде чем он незаметно переходил в другое время и становился воспоминанием.
|
