|
4. САМЫЙ КРАСИВЫЙ ТАЙМЕНЬ
Шли мы ужо пятые сутки. Продукты наши кончились. На одном из привалов мы поняли, что до конца пути их не хватит. И не потому, что просчитались, просто невозможно было унести 1 га себе так много. Мы несли еще и тяжелый рабочий инструмент.
 — Ладно,— сказал Мусия, сосчитав разложенные на граве последние брикеты крупяных концентратов,— Каши нет — рыба есть. Много рыбы! Давай делать «мышь».
Мы связали мягкой медной проволокой две легкие бутылочные пробки, затем аккуратно обтянули их шкуркой от старого воротника, пришили хвостик. В петельки, оставленные на проволоке, вдели два крепких крючка-тройника. Получилась очень похожая на настоящую мышь приманка для тайменей. Ее мы и подцепили вместо блесны к спиннинговой леске.
— А почему обязательно мышь на приманку, а не рыбку какую? — спросил я.
— Можно и рыбку, только мышь лучше. Мышь ночью туда-сюда по речке гуляет, паршук ее ловит.
Паршуком Мусия называл тайменя, об этом я знал. А вот почему мыши «туда-сюда по речке гуляют» — не имел представления.
— Да какие же могут быть мыши в воде? — удивился я.
— Голова у тебя есть? Только не думает? — рассердился Мусия.— Ма-аленькие, вот такие мышки! Плавают они ночью у берега, комариков разных собирают.
Не в этот вечер, а позднее я убедился в этом. Я стоял в русле на плоском надводном камне и удил под перекатом мелких хариусов. Выло уже темно. В черной, как бы маслянистой, воде отшлифованная поверхность камня казалась белой. Вдруг возле самых моих ног кто-то бойко прошмыгнул — и бульк в воду! >1 присел на корточки и увидел в тихой заводи, на мелководье, плавающих между камнями мышек. Я очень удивился и подумал, что это какие-то особые мышки. Но когда поймал одну, узнал в ней самую обыкновенную землеройку, с голыми розовыми лапками и длинным усатым хоботком.
Позднее в желудках почти каждого пойманного нами тайменя мы находили остатки этих землероек.
| 
