|
Поликарп поскреб пятерней бороду. — Вен что. Знаю ее, Светланку Прасковьину. И верно, хворая она. Только дудку-то я отдал пионерам. В лагере живут. Смышленая ребятня, для выступлений, говорят... Ну, поглядим. Утро вечера мудренее... Домой я вернулся уже ночью. Снял на крылечке мокрые ботинки, забрался на сенник и, не раздеваясь, лег на душистую кошенину. В  темноте под матицей попискивали молодые ласточки, в повети па насесте возились куры, а в хлеву вздыхала сытыми боками корова. Миром и покоем веяло от всего, и я разом заснул, словно провалился в небыль. Много ли, мало ли прошло времени, по проснулся я так же внезапно, как и заснул. Мне почудилось, будто в окно сенника, шипя и потрескивая, вкатился сияющий шар солнца. Оп проплыл над моей головой, жаром пахнув в лицо, распугал ласточек и остановился в треугольнике крыши, покачиваясь и протягивая во все углы золотые паутинки лучиков. Откуда-то появилась Света. В голубом искрящемся платье, с кольцами на руках и монистами на шее, она, как па струнах, стала играть на этих лучиках, неуловимо перебирая их подвижными пальцами. «Бом- бом, тинь-тинь» — слышалось со всех сторон... Я встряхнул головой и сел. Во все щели сенника струился ослепительный свет. Слышно было, как хозяйки выгоняют из дворов скотину и по всей деревне, то согласно, то вразнобой тенькают, позванивают подвешенные на ремешки к шеям коров медные колокольчики. Где-то запоздало прогорланил картавый петух, поперхнулся и настороженно закудахтал, услышав незнакомые в его обители восторженно-ликующие переливы звуков. Они нахлынули разом, будто из берегов выплеснулась речка и потекла, потекла вся в тенях и солнечных просветах, по лугам к деревне. Пел знакомый рожок. Но как он сегодня пел! Что-то новое, бодрое, жизнеутверждающее слышалось в его проголосном звучании. Рожок никого не искал, никого не звал. Он просто пел, раздольно и благодатно разливаясь над полями, над лугами, пел во славу утра, во славу жизни. ЛЕБЕДЕНЬ - ТРАВА Теперь уже не помню — или пригрезилось мне тогда, или в самом дело так было, только увидел я в еловой су- теми на пригорке цветок величиной с подсолнух. Вишнево-красный, полыхающий пламенем, с золотой искрящейся сердцевиной, похожей на солнышко. Потрясенный, я прибежал из леса и рассказал о чуде бабушке Вассе.
|
